Выставка «Темная Оттепель», которая стала первым эпизодом второго сезона проекта «Центр исследований Оттепели», приоткроету оборотной стороне советской культуры 1960-х годов.
Оттепель — эпоха культурного подъема в жизни страны, изнуренной историческими испытаниями предшествовавших десятилетий. Панельные новостройки, выросшие за считанные месяцы, преобразившийся город, вдохновивший Юрия Пименова, переполненные кафе и питейные заведения, очереди в кинотеатры, поиски нового языка в искусстве, книжный бум. Однако за этим мажорным оттепельным образом зарождается иная культура — стихия Темной Оттепели, полная риска, мистических прозрений, безумных выходок и пограничных состояний.
Несмотря на попытки приписать эпохе торжество свободной личности, официальная Оттепель оставалась верна коллективистскому идеалу, который обрывал связи с широким культурным наследием и символическим измерением. Авторская индивидуальность в контексте Темной Оттепели была не столько целью, сколько инструментом для восстановления этого разрыва и одновременно лабораторией творческого эксперимента.
Темная Оттепель – это не социальная критика, но утверждение идеи экзистенциального пробуждения. В психологии существует понятие «тень», используемое для описания темной стороны личности. У эпох тоже существуют тени, в которых покоятся вытесненные устремления, архетипы и нереализованные грезы. Пути пробуждения проходят через эти теневые области, и именно там, в складках темноты, мерцают скрытые временем сокровенные смыслы и чаяния культуры.
Герои выставки словно увидели мир в момент солнечного затмения: обнаружив себя блуждающими во тьме, они принялись будто через закопченное стекло вглядываться в закоулки города, кладбища и руины, гримасы случайных прохожих, игнорируя мажорную патетику современников. Александр Арефьев, Оскар Рабин, Шолом Шварц живописали маргиналии оттепельного бытия; Владимир Ковенацкий, Владимир Пятницкий, Алексей Смирнов фон Раух обнаруживали в обыденной действительности пространство метафизического междумирья, о природе которого могли лишь догадываться; Дмитрий Краснопевцев, Дмитрий Плавинский, Борис Свешников созерцали горизонт на границе жизни и смерти, а Наталья Прокуратова стремилась к чистому духовному прорыву, раскрывая в глубинах души скрытые творческие силы.
Новая выставка Центра Вознесенского познакомит зрителя с историческиим и эстетическиим контекстом «Темной Оттепели»: проявит специфический тёмный художественный взгляд на городские сумерки и метафорику литературы беспокойного присутствия. Экспозиционные залы приглашают совершить прогулку по ночным пустым улицам, заглянуть в рюмочную и небольшой склеп и даже приобщиться к духу горных восхождений, совершаемых далеко за пределами городского пейзажа.
На выставке будут представлены работы Александра Арефьева, Андрей Бабиченко, Николая Вечтомова, Владимира Ковенацкого, Дмитрия Краснопевцева, Алексея Паустовского, Дмитрия Плавинского, Натальи Прокуратовой, Владимира Пятницкого, Оскара Рабина, Сергея Романовича, Бориса Свешникова, Алексея Смирнова фон Рауха, Владимира Шагина и Шолома Шварца.
«Представьте, что двигаетесь по улице, где еще несколько часов назад все расцветало красными флагами города, а сейчас — глубокий вечер, из освещения — только мерцающая лампа фонаря, вдоль улицы тянется угрюмый забор, дома смотрят на вас черными пустыми окнами. Вдруг в далеке задвигались тени, горят сигаретные огоньки, раздался глухой смех. Вы оглядываетесь, улица пустая — только вы и черное пятно группы людей впереди. Может быть, это друзья ваших соседей вышли покурить на улицу или работяги после сабантуя никак не разойдутся? А может быть, это группа аспирантов вышла на улицу после неформальной беседы с отцом советской школы медиевистики Ароном Гуревичем? С небольшим промедлением вы делаете шаг навстречу неизбежности и вдруг обнаруживаете себя на линогравюрах Владимира Ковенацкого, с предельной точностью изобразившего этот не поддающийся обычному глазу пейзаж. В его работах мы заглядываем в щель между мирами, однако по-прежнему чувствуем почву под ногами — темный и искрометный юмор художника. Мы будто открываем журнал “Крокодил”, изданный после Апокалипсиса. Темная Оттепель темна как этот грозящий катастрофой переулок. Но темна она и потому, что речь идет о вещах неявных, малопонятных. Мы погружаемся в густую ночь человеческой души, к источнику мирового хаоса, и приглашаем вас опуститься туда вместе с нами».
«Несмотря на яркое единообразие, к которому стремились визионеры новой культуры 1960-х, Оттепель была вдохновлена очень разными источниками и была исключительно пористым временем, где могли сосуществовать разные представления о действительности. Наряду с новой молодежью, шумно и дерзко утверждавшей свою витальность в жизни и искусстве, можно было встретить множество исчезающих пестрых типажей прошлого. Так, Андрей Вознесенский — один из главных оттепельных поэтов — в своем сближении с Борисом Пастернаком чувствовал, что перенял эстафету Серебряного века. Многое Оттепель в себе синтезировала, многое оставила непроявленным — в частности духовное дерзновение, не нашедшее места в материалистической повестке дня. Но «Тёмная Оттепель» — сложное явление, в котором можно обнаружить не только формалистские художественные опыты начала века, но и продолжение традиции метафизического авантюризма более ранней эпохи романтизма».
«Сумерки тревожат, вселяют беспокойство, проявляют в подступающей мгле явления, неотрефлексированные, нестабильные, слишком странные для “дневного” поля культуры. Этот образ глубоко символичен как для русской литературы и визуального искусства, так и для области “темных” исследований. Темная Оттепель — это пространство недосказанности, манифестирующее свою промежуточность и двойственность. Оно равноудалено от фасада официальной культуры с ее духоподъемными настроениями и бодрой стилистикой и от проблематики, с которым имеет дело художественное подполье. В фокусе нашего проекта оказались темные города, явившиеся будто с полотен Джорджо Де Кирико, сумеречная зона неофициального искусства — живопись и графика “Ордена нищенствующих живописцев” и лианозовцев, поэзия и проза, служащая точкой входа в ночь: от готической новеллы в ее гоголевском изводе до хулиганских откровений романов Мамлеева».
«Без названия». 1950-е
«Без названия». 1975
Галерея
Рекомендуем
Материалы
Статьи о выставке
События
Инфопартнеры
